В Кемеровской области решено проверить ущерб, нанесенный нашим полям и лесам угольными предприятиями. Вполне вероятно, что эта проверка связана с ожиданием приезда в Кузбасс рабочей группы Счетной палаты РФ. Специалисты из Москвы должны оценить результаты использования федеральных денег, выделенных на рекультивацию нарушенных земель.
Загадка заключается в том, что инспекцию собираются проводить зимой, когда в лесу и на полях лежат метровые сугробы. Во все другие времена года увидеть можно куда больше, ведь за последние годы на территории Кузбасса появились не только новые предприятия, но еще не дают о себе забыть давно закрытые.
С тех пор, как еще в 90-х годах прошлого столетия началась реструктуризация угольной отрасли, в Кузбассе все громче стали говорить о проблеме восстановления территорий вокруг закрытых угольных предприятий. Государство выделяло на эти цели деньги, которые успешно осваивали различные подрядные организации. При этом качество работ по рекультивации не раз подвергалось критике специалистов. Нередко там, где деньги были потрачены, а горные отвалы были вроде бы окончательно рекультивированы, различные экологические болезни опять вылезали наружу.
С учетом вновь разработанных проектов общая площадь нарушенных земель на ликвидированных предприятиях составляет более 2722 гектаров. В общей сложности на 1 января 2009 года остаточный объем подлежащих рекультивации земель составит более 1734 гектаров.
Комментирует Юрий Манаков, заведующий лабораторией рекультивации Института экологии человека СО РАН:
- Дело в том, что в России нет пока базового закона о рекультивации земель и нет органов государственной власти, которые занимались бы исключительно этой проблемой. Применяемые ныне методы рекультивации, созданы еще 40 лет назад. Ничего нового с тех пор не придумано, а ситуация только ухудшается. Каких-нибудь 50-60 лет назад природа могла обеспечить защиту людей от техногенных загрязнений. Сейчас – нет.
До сих пор в Кемеровской области не ведется учета нарушенных земель по категориям, нет научно разработанной методики сбора первичной информации. Как правило, данные берутся с предприятий, которые сами же и ведут добычу угля. Поэтому официальная статистика не дает реальных данных о количестве нарушенных земель и их состоянии.
