«Скупой платит дважды» — эта пословица во многом объясняет глубинную причину трагедии на шахте «Распадская», в глубинах которой навсегда похоронены десятки людей, горная техника на многие миллиарды рублей, а добыча угля может снова возобновиться чуть ли не через год.
Анализируя эту аварию, специалисты особо упирают на техническую оснащенность шахты самым современным и высокопроизводительным оборудованием, а также системами безопасности. Многие недоумевают: почему при таких затратах на обеспечение безопасности шахты (за последние 5 лет на эти цели инвестировано более 1 миллиарда долларов) ее потрясли такие сокрушительные взрывы? Одни говорят о непредсказуемости «горы» и коварного метана. Другие — о трагичном стечении нескольких негативных факторов.
Однако на одну только стихию и непредсказуемость природы эту трагедию не спишешь. Всем понятно, что одной из главных причин взрывов стал человеческий фактор: пренебрежение или не полное соблюдение правилами техники безопасности.
О том, почему люди идут на эти нарушения междуреченские шахтеры недвусмысленно высказались на стихийном митинге, который прошел накануне дня траура на главной площади города — низкие заработки и устаревшие принципы начисления заработной платы.
С их слов следует, что если план по добыче угля не выполнялся, то средняя зарплата шахтера на «Распадской» составляла примерно 15 тысяч рублей в месяц. При ударной работе и выполнении напряженного плана, уровень зарплаты мог увеличиться до 30-35 тысяч рублей в месяц. Кстати, по данным Кемеровостата средняя зарплата кузбасских шахтеров в январе-феврале текущего года составила около 25 тысяч рублей.
Помнится, как три года назад при анализе причин аварии на шахтах «Ульяновская» и «Юбилейная», где погибло 150 шахтеров, сдельно-премиальный принцип оплаты труда шахтеров был подвергнут серьезной критике и назван среди основных причин приведших к трагедии.
— Существующая на шахтах система оплаты труда поощряет нарушения, — отметил тогда первый заместитель губернатора области Валентин Мазикин. — В соответствии с отраслевым соглашением месячная тарифная ставка для рабочего, занятого на подземных работах, составляет 5340 рублей. Не сложно подсчитать, что в средней заработной плате рабочего примерно 25 тысяч рублей в месяц доля тарифа составляет 21%. Поэтому зачастую рабочий, чтобы заработать достойную зарплату, вынужден идти на нарушение технологии, закрывая глаза на все нарушения. Считаем подобную практику недопустимой. Администрация области вместе с профсоюзами будет отстаивать принципиальную позицию по увеличению удельного веса тарифной составляющей в структуре заработной платы до уровня 50%.
Как видно, сделать этого не получилось. Собственники угольных компаний и те, кто управляет шахтами на местах, считают такой принцип оплаты вполне приемлемым. Однако на самом деле выясняется, что это далеко не так. Из-за более высокого заработка люди идут на серьезные нарушения техники безопасности.
— Руководители угольных компаний часто утверждают, что производительность труда на импортном угледобывающем оборудовании в несколько раз ниже, чем у шахтеров в тех странах, где оно произведено, а травматизм в несколько раз выше. Все беды и производственные нестыковки они списывают на человеческий фактор, — говорит старший научный сотрудник Института угля и углехимии СО РАН Василий Федоров. — Однако шахтеры очень даже нормальные и вменяемые люди. На каждую смену им выдается наряд — документ на проведение работ. Мы проанализировали, какие работы шахтеру указали в наряде и какие он выполнял в реальности. Оказалось, что массово внедрив высокопроизводительную горную технику, уровень управления работами на добыче угля остался на уровне середины прошлого века.
Всем ясно, что ситуация под землей при работе на таких нагрузках меняется очень быстро. Всегда возникают нестандартные ситуации, которые требуют почти моментального решения, не дожидаясь наряда, когда до конца смены осталось, например, часа полтора. С бумажками забегаешься по выработкам, чтобы получить разрешение на то или иное действие.
В итоге получается, что в каждую смену люди делают не то, что им задают в наряде. Как разрешили это противоречие? Стали писать наряды в самом общем, обтекаемом виде. И выходит, что в наряде написано добыть 2,5 тысячи тонн угля в смену, а получается только полторы, а то и вообще ничего! Но люди-то не спали, они выполняли другие необходимые работы, то есть почти всегда работают не по плану. А зарплата им идет за добытый уголь!
Люди из-за этого работают неритмично, и в половине случаев забой работает в неуправляемом режиме. Проанализировали мы за два года 330 лаво-месяцев и выяснили, что забои работают очень неустойчиво. Раз идут такие резкие колебания в нагрузке, то на высокий уровень производительности предприятие никогда не выйдет. Причины опасности заложены в неумении управлять сложными системами и механизмами. Представьте себе: в одну смену не было добычи вообще, а в другую нарубили несколько тысяч тонн.
Что надо делать? Менять систему управления предприятием.
— Думаю, что ситуация может исправиться только тогда, когда человеку выгодно будет не нарушать ТБ, — добавляет директор по развитию Сибирского сертификационного центра ООО «Кузбасс» Владислав Никитенко. — Очень часто кажется, что власть может научить или приказать менеджменту, как надо работать. На самом деле менеджмент хитрит, делает вид, что исполняет предписания проверяющих, но работает так, как ему удобно и выгодно. Однако уверен, что никакой управленец не будет хитрить, и станет обеспечивать безопасность, если жизнь работника будет дорогой — много миллионов рублей. Сейчас бизнесу выгодно иметь низкую цену на жизнь работника.
Авария на крупнейшей в России шахте показала, что предположение о «выгодности» низкой стоимости шахтерского труда в очередной раз похоронено под завалами в горных выработках. Объявлено, что выплаты семьям погибших составят 3 миллиона рублей. Значительные суммы будут выплачены травмированным. О том, какие затраты понесет «Распадская УК» на восстановление шахты говорят пока осторожно, однако уже сейчас понятно, что на это пойдут колоссальные суммы. Эти деньги с лихвой перекроют ту сумму, которую собственники «Распадской» пожадничали выплатить шахтерам за их нормальный, ритмичный труд, без авралов и погоней за премией.
