gazeta.a42.ru
7 декабря 2021 в 21:20 Общество

Голубятня на жёлтой поляне. Кто и зачем до сих пор держит в городе птиц

В российских городах всё меньше голубятен: умирают старые хозяева, частный сектор застраивают многоэтажками. Дворы захватывают автомобили, парковки и современные детские площадки, на которых старым дощатым постройкам нет места. Голубятни — давно не обыденная вещь, а музейный экспонат, осколок былого мира. Современные дети не вдруг ответят, что это вообще за конструкция попалась на глаза: сарай с антенной? Старая трансформаторная будка?

Корреспондент A42.RU поговорил с кемеровскими голубеводами об их уходящем в небытие увлечении — а ещё о красоте природы, вере в бога и связи поколений.

Птицы из детства

Голубятня — это что-то из детства, из книг Владислава Крапивина: домишки частного сектора или дальний угол двора, оцарапанные репьями мальчишечьи ноги, частое хлопанье крыльев и уходящая кругами ввысь стая. Хозяин бьёт в ладоши, и птицы кувыркаются в воздухе: играют, красавцы! Задранная голова начинает слегка кружиться: то ли кровь отлила, то ли от восторга.

Дяде Коле в этом году исполнилось семьдесят, здоровье порой подводит. Но на голубятню во дворе многоэтажки по шаткой и узкой лесенке он карабкается ловчее фотографа — говорит, привык.

— Люблю птиц с детства, — признаётся кемеровчанин. — Помню, ещё семи лет не было, а у меня уже голубь в коробке под кроватью жил.

Николай родился в Кузбассе, в посёлке Горняк, но в школу пошёл уже на Украине. Много занимался спортом, хулиганил, но вовремя одумался. Выучился на шофёра, в армии служил в Казахстане и Москве, а после на ЗИЛе с прицепом исколесил половину Союза. В восьмидесятых вернулся в родные места вслед за родителями, встретил любовь, да здесь и осел. Первым делом снова сколотил голубятню, покорив сердца окрестных мальчишек и заставив ревниво коситься соседей: голубей тогда держали в каждом третьем дворе.

Разведение голубей в России как увлечение надёжно прослеживается с 16 века — тогда его называли «голубиной охотой». В 19 веке появляются книги, журналы, питомники и спортивные клубы. При СССР с 50-х годов голубеводство вошло в пору расцвета: голуби были символом мира, дружбы и солидарности, их массово выпускали на городских праздниках в декоративных целях. К середине 80-х в одной только Москве в клубах голубеводства состояло 2,5 тысячи человек. А сколько было «неучтённых» голубятников — посчитать невозможно, мальчишки всего Союза сходили по птицам с ума: обменивались, разводили, лечили, продавали и даже воровали.

Голубиный дом

Голубям дядя Коля постепенно обустроил целый коттедж. Невелика площадь: два на три метра, зато высотой — считай, трёхэтажка. Внутри большой вольер с кормушками, насестами и гнёздами, маленький карантинный вольер, клетка. Наверху — леток с сетчатыми стенами и потолком, откуда голуби взлетают и куда садятся.

— Вот она, моя радость, — открывает Николай замок. — Каждый день здесь провожу по два часа, всё сделал своими руками.

Хозяин наводит уборку и рассказывает о птицах: как высоко и красиво они летают, как нелегки труды заводчика, как опасен бывает ястреб-тетеревятник, который прилетает в город и выбивает по десятку и более голубей за сезон. Сейчас птиц у дяди Коли всего дюжина, а раньше держал в разы больше, и были они – загляденье. Голубятники посматривали с завистью, не раз просили продать пару, но он не соглашался. В 1998 году завистники сожгли голубятню, все птицы погибли. 

Дядя Коля свистит, и голуби спешно бегут к поилке. Затем выгоняет их в леток: по специальному проходу птицы попадают наверх и вспархивают на шест. Хозяин хлопает в ладоши — и стая взмывает в воздух, по спирали набирая высоту.

— Когда погода ясная, они уходят ввысь так, что не видно совсем. Я люблю лётную птицу. Иной голубятник может по два года не выпускать, боится, что птица потеряется или ястреб побьёт. Что ты издеваешься над голубем? У него крылья есть, он должен летать. Ещё говорят, мол, дорогую птицу жалко. А вот я бы за неё и копейки не дал, если она не летает. Умный домой вернётся, а дурака не жалко. Птица чего-то стоит, только когда летает и играет хорошо.

Голубиные ясли

К концу зимы у дяди Коли начинаются хлопоты: пора готовить птиц к гнездованию. Он пропаивает голубей лекарствами от паразитов, кормит зерном с витаминами. В марте отсаживает голубей от голубок, чтобы разбить сложившиеся пары: за месяц птицы забудут своих «супругов». В апреле полочки-сёдла переворачивает параллельно полу, закрывает крышками — получается гнездо. В каждое хозяин поселяет пару голубей, которых специально подбирает друг к другу. Кормит, следит за отложенными яйцами, записывает даты в специальную книжку.

— Я только двух выводышей от пары оставляю, — рассказывает голубевод. — Как вывелся птенец — я его маленького беру, опилочки наталкиваю хорошенько, чтобы ножки не раздвигал, и так он у меня растёт. Потом как подрастут — на семя льна сажаю, они тогда быстро перелинивают, не болезненно. И начинаю потихоньку гонять их, приучать.

Чужих птиц дядя Коля берёт редко и с опаской, только от хороших знакомых, и подолгу держит отдельно, на карантине. И всё равно в минувшем году просмотрел заразу — в результате погибло два десятка питомцев. Голуби очень восприимчивы к болезням, и чем породистей птица, тем она нежней.

Движение — жизнь

Хозяин рассказывает, что раньше от пацанов не было отбою, но сейчас подрастающее поколение голубями не интересуется.

— Молодёжь не хочет заниматься. С голубями возиться надо, а они и работать-то не хотят. Вот я в магазин зашёл, а там молодые парни все за кассами сидят. Я удивился: а девки-то где? А девки, гляжу, за углом стоят, курят — тьфу! Мы вот работы не боялись. Я работал на машине, летом возил зерно, а зимой на мясе, на холодильнике, грузчиком. Вагон приходит, его надо принять, загрузить. И мне нравилось! А сейчас, — дядя Коля не договаривает, машет рукой.

Пока хозяин голубятни работал — держал под сотню птиц, а с тех пор, как вышел на пенсию — в разы меньше. Кормить и прививать голубей стоит денег, а пенсия у дяди Коли — чуть больше десяти тысяч рублей. В Пенсионном фонде потребовали у него подтвердить советский стаж справками с Украины.

 — Какие справки? Там считают, что у нас чуть ли не война, — пожимает плечами голубевод.

И хоть осталось птиц всего дюжина, одна из жительниц двора порой ругается, мол, развели тут шум и грязь. Сотни городских уличных голубей её при этом не смущают. Ну или на них попросту некуда жаловаться.

В советское время некоторые городские голубятни стояли вполне официально, действовали постановления горисполкома об их установке — при соблюдении ветеринарных, санитарных и других правил. Сейчас получить такое разрешение возможно лишь теоретически: современным правилам постройка во дворе, конечно, соответствовать не сможет. Впрочем, новых голубятен никто и не пытается строить, наоборот, их всё меньше.

— Голуби — это же движение моё, то есть моё здоровье, — будто немного оправдывается дядя Коля. — Каждый день я выхожу к ним, кормлю, убираюсь, гоняю, а потом иду на прогулку. Раньше бегал, а сейчас ноги стали болеть, уже не бегаю. Но никакой пандемии всё равно не боюсь. Мне врач сказал: будешь двигаться — будешь жить. Вот и живу. А не будь у меня голубей — давно бы помер.

Голубиная ярмарка

Раз в один-два месяца голубеводы Кузбасса собираются на ярмарку: обменяться новостями и опытом, купить и продать птиц, пополнить запас кормов и витаминов, чужих посмотреть и своих показать, а главное — пообщаться. Последние два года место встречи — на площадке у топкинского кольца.

Очередная ярмарка прошла 4 декабря. Несмотря на холод и ветер, на площадке больше сорока автомобилей, полный набор: от дряхлой жигулёвской «классики» до новеньких Honda и Lexus. Участники ярмарки рассказывают, что едут сюда, потому что в Кузбассе сообщество активнее и дружнее. Здесь все чувствуют себя единомышленниками: дворник и начальник на угольном разрезе, сельский учитель и состоятельный бизнесмен.

На столиках и ковриках — клетки с птицами. Кого тут только нет: хохлатые и двухчубые, красные и белясые, турманы и персы. Голуби распространённых пород стоят тысячу рублей, редких — четыре, пять тысяч и более. Гости ярмарки азартно обсуждают достоинства и недостатки пород, понемножку торгуются, спорят и предаются воспоминаниям.

Фото: Голубятня на жёлтой поляне. Кто и зачем до сих пор держит в городе птиц 27

— Это ещё что, летом к нам съезжается до пятисот человек, — рассказывает Николай Лысый, председатель региональной общественной организации «Голуби Кузбасса». — Собираются из городов и деревень, из Новосибирска, Томска, Хакасии, Алтая. У нас одна из лучших ярмарок в регионе. Здесь можно пообщаться, чаю попить, шашлык поесть, а администрация города Топки организовывает даже приезд творческих коллективов. Кроме того, раз в два года проводим выставку в помещении, по породам, по номинациям, с выделением лучшей птицы, с присуждением мест и титула чемпиона выставки.

Пород голубей больше сотни — они отличаются размером, пропорциями тела, оперением и цветом. По разным признакам зоологи делят их на семь, девять, а то и двенадцать групп. Но в быту голубеводы обычно говорят о трёх вариантах: декоративных, гонных и спортивных голубях.

Декоративных голубей разводят для красоты. Главное — экстерьер: яркие перья, необычные хохолки, разноцветные глаза и когти, павлиньи хвосты — чего только нет.

Лётные породы отличаются физическими качествами. Одни могут долго летать, не уставая, другие набирают огромную высоту, третьи выполняют в воздухе трюки: летают вертикально, зависают на месте, кувыркаются, в общем, «играют».

Спортивные голуби — потомки почтовых. Их талант — способность возвращаться домой с огромных дистанций: от 200 до 1250 километров, притом быстро. Такой голубиный спорт широко развит по всему миру, особенно в Китае, Бельгии, Германии, ЮАР и США: там существует сеть питомников и клубов с вековыми традициями, специальные маршруты и даже допинг-контроль, а стоимость одной птицы высочайшего класса может превышать миллион евро.

Покупка породистой птицы — не самое затратное в голубеводстве. Затраты на содержание и разведение будут выше. Большую голубятню с «элитными» жильцами могут себе позволить только состоятельные голубеводы — в Кемерове такие, по словам участников ярмарки, тоже есть, но их считаные единицы.

Наособицу на ярмарке стоят певчие лесные птицы: в маленьких клеточках-самоловах щебечут овсянки и клесты, щур, пара щеглов. Хозяин клеточек объясняет: птиц нужно кормить, чтобы перезимовали в тепле, а весной выпустить обратно в лес.

Уходящее поколение

Из более чем полуста гостей декабрьской ярмарки младше 50 лет лишь двое или трое. Большинство же миновали 60-летний рубеж.

— Молодёжь не занимается голубями, потому что не видит их, — рассказывает один из участников ярмарки. — Когда мы росли, голубятня была в каждом дворе, а теперь нет. Зато других развлечений полно, телефоны эти. Делать там ничего не нужно, только кнопки нажимать. А чтобы птенца выхолить — сколько надо труда!

— Возьми, посмотри, какая красота, — протягивает другой пугливую птицу. — Руками человека такое не создать, эта красота — дар человеку от Бога. Вот за что я голубятников люблю и в толпе голубятника сразу вижу: пока все глаза вниз опустили, он вверх, в небо смотрит.

Николай Лысый объясняет, что ключевая цель союза голубеводов — просветительская. В сообществе учат правильному содержанию и профилактике заболеваний, распространяют статьи, обмениваются информацией. И были бы рады прививать молодому поколению любовь к птице, природе, окружающему миру вообще.

Да только, кажется, никто не готов слушать.


Поделиться

Комментарии:

Подпишитесь на оперативные новости в удобном формате:

Читайте далее
«Сбермаркет»: ещё выгоднее, ещё удобнее
Яндекс.Метрика