Вход
gazeta.a42.ru

Тыл во время войны: как кузбассовцы помогали фронту

Вспоминая героев Великой Отечественной войны, не стоит забывать и о тех, кто работал в тылу. Эти люди ежедневно совершали трудовые подвиги и приближали Победу. Каждый созданный ими патрон или грамм пороха, отправленная на фронт книга, карандаш или пара тёплых рукавиц оказались важны.

О том, как именно кузбассовцы поддерживали фронт, корреспонденту A42.RU Евгении Берёзкиной рассказала старший научный сотрудник отдела военной истории Кемеровского областного краеведческого музея Любовь Смокотина

В едином порыве

Кемеровская область — ровесница Сталинградской битвы. Она была выделена из Новосибирской области в 1943 году для обеспечения фронта углём, металлом и военной продукцией. Поскольку сотни тысяч кузбассовцев ушли на фронт, к станкам встали старики, женщины и подростки с лозунгом: «Жена становится на место мужа, сын — на место отца, младший брат — на место старшего брата». На помощь также приходили тяжелораненые бойцы и инвалиды, которые не могли вернуться на фронт.

— В Кемеровскую область эвакуировали 82 предприятия — чисто военные, угольной и химической промышленности, металлургии. Прибывшие токарные станки оставались под открытым небом, невзирая на падающий снег. Стояла задача: за три месяца поставить заводы, научить население на них работать, выдавать продукцию, — рассказывает Любовь. — Женщины учились пользоваться тяжелейшим оборудованием, подростки, не достающие до станков, работали, стоя на ящиках.

Кузбассовцы не просто выполняли нормы, они их перевыполняли. Передовые сталевары Кузнецкого комбината стали инициаторами скоростного сталеварения. Александр Чалков, получивший государственную премию в 20 000 рублей, большую её часть внёс в Фонд обороны. На эти деньги изготовили 400 автоматов ППШ с надписью: «Сибиряку от сталевара Чалкова». Их вручили бойцам Сибирской добровольческой дивизии.

Жители Кузбасса собирали деньги и облигации, вкладывались в займы на самолёты, сдавали украшения и накопления на мирную жизнь.

Селяне помогали продуктами: замороженными молочными кругами и вручную стряпанными пельменями, урожаем с огородов, сухарями. В Мариинском районе звеньевые колхозов «Красный перекоп» и «Путь новой жизни» Анна Юткина и Анна Картавая в среднем получали по 700 центнеров картофеля с пяти-десяти гектаров. За урожай в 1 331 центнер картофеля с гектара Юткиной присвоено звание лауреата Сталинской премии. Этот мировой рекорд до сих пор не повторили.

Кузбассовцы в больших количествах сдавали донорскую кровь. Это был способ поддержать тяжёлых раненых. Учитывая, что каждый четвёртый госпиталь Западной Сибири располагался в Кузбассе, больных было много.

— В больницах почти не было обезболивающих, поэтому врачи давали пациенту сто граммов, включали песню «Синий платочек» и делали операцию наживую, часто ампутируя конечности со слезами на глазах, — рассказывает Любовь. — Кузбасские медики внесли огромный вклад в победу. Они выхаживали 50-70 процентов больных. Томские и кемеровские врачи изобрели прототип УЗИ, который обнаруживал в организме осколки. В нашем музее есть образец такого аппарата и осколки, извлечённые из тел раненых. Медицинские сёстры стирали кровавые и гнойные бинты — брать новые было неоткуда.

В тылу понимали, как важно подбодрить солдат, и делали это, как могли. Для бойцов вязали варежки, часто из разных ниток — одинаковых просто не было. Артели в ателье чинили солдатскую одежду — от шинелей и гимнастёрок до нижнего белья. В деревнях разводили овец, чтобы шить из их шкур тулупы. На фронт отправляли изготовленные умельцами лыжи и коньки, книги и песенники из личных запасов, химические карандаши, листы бумаги и конверты, чтобы бойцы могли писать письма домой.

 

Неженская работа  

До войны женщин в угольной промышленности почти не было, а к концу войны они составляли четвёртую часть всех рабочих и служащих в забоях шахт, у станков, за рулём комбайнов и паровозов.

На Прокопьевском руднике, сняв белый халат продавщицы, первой спустилась в забой Александра Леонова. Привыкнув к нагрузках в шахте и весу отбойника в 16 килограммов, она стала в полтора-два раза перевыполнять нормы выработки. Первая женщина-начальник шахты Мария Косогорова мобилизовала рабочих прокопьевской шахты «Зиминка» на перевыполнение плана по добыче коксующегося угля и сама не выходила из забоя по три дня. Её труд был отмечен орденами Ленина и Трудового Красного Знамени. На кемеровской шахте «Бутовская» комсомолки Мария Давыдковская и Анна Алькова создали бригаду забойниц. 

— Это была невероятно сложная физически работа, — говорит Любовь. — Тяжёлый отбойник, которым нужно было работать под сводом шахты, оттягивал руки. Бывали случаи, когда девушки выходили из забоя после долгой смены и не могли отправиться домой, потому что крысы съедали их обувь, оставляя одни подмётки. Как тут не разрыдаться? 

К 1945 году на Кузбасском комбинате до 40 процентов работников были женщинами, такой же процент работниц был среди строителей. На предприятиях металлообрабатывающей и химической промышленности представительниц прекрасного пола было ещё больше.

Металлурги трудились под лозунгом: «В этой фронтовой сводке есть и мой боевой труд». В печах Кузбасса было выплавлено металла на 40 000 танков, 45 000 самолётов, сто миллионов снарядов. Темпы производства всё ускоряли. Броневую сталь для танков, которую варили в специальных печах по 13 часов, научились изготавливать за восемь. Девушки улучшали технологию, не обращая внимания на неподъёмные спецовки и оборудование

— Каждый пятый снаряд, который разорвался на фронте, был из кузнецкой стали, — рассказывает Любовь. — В Кузбассе делали заготовки для противотанковых ружей, самолётов, пушек, миномётов, снарядов, пулемётов, винтовок и вентиляторов. Женские руки должны были сделать кожух, начинить снаряд, подобрать правильное соотношение пороха, чтобы орудия не взорвались до отправки. Ответственность была колоссальная. Взрыв или пожар мог начаться после любой неурядицы, вплоть до попадания пыли. 

К концу войны на каждом третьем рабочем месте в промышленности Кузбасса трудилась женщина.  В оборонной промышленности 70 процентов работников были женщинами. 

— Женщины работали на подковном заводе, изготавливали порох, делали всё ради фронта. В учебниках не рассказывается, какой ценой им это далось, не обсуждаются бытовые вопросы, вплоть до элементарной гигиены. К примеру, во время менструаций женщины привязывали к ногам траву или подкладывали в бельё мох. Женский организм находился в постоянном стрессе, — вздыхает сотрудница музея.

 

Недетское время

Из-за того, что рабочих рук на производстве и в колхозах всё равно не хватало, с мая 1942 года работать на производстве разрешили подросткам старше 14 лет. Для этого Президиум Верховного Совета СССР издал указ «О мобилизации на период военного времени трудоспособного населения», который устанавливал для детей шестичасовой рабочий день.

Обучали молодёжь без отрыва от производства. К концу войны кузбасские подростки в возрасте 14–17 лет составляли около 10 процентов от общего числа работающих в промышленности, строительстве и на транспорте. В колхозах — 20 процентов. Для юных работников в колхозе был установлен минимум в 50 трудодней в год, чтобы можно было совмещать работу и учёбу в школе. Получалось ли учиться и трудиться одновременно — вопрос риторический.

Подростки шли на заводы, заменяя старших родственников и желая помочь фронту. Многие пытались уйти на фронт, но были слишком молоды. По воспоминаниям, дети взрослели очень рано — вынуждали голод, рабочая обстановка вокруг, необходимость помогать советской армии. Сёстры, остававшиеся дома, отдавали старшим братьям, идущим работать, свою пайку хлеба. После войны у девочек по три года не отрастали ногти, до мяса изъеденные в голодное время. 

Количество учеников в школах сокращалось. Перед детьми стоял выбор: работать на заводе и получать паёк или учиться и голодать. К тому же  в школах не было ни бумаги, ни чернил, а в семьях не хватало обуви, чтобы отправить детей на учёбу. Вместо тетрадей ученики писали на белых полях книг или газет, используя смесь варёной свёклы и сажи. 

Кузбасс принял и разместил в детских домах эвакуированных из Ленинграда детей, которым нужно было восстановиться, хорошо питаться. Пережившие страшный голод ребята срывали с деревьев листья и ели их. Взрослые помогали им адаптироваться, успокаивали и присматривали. 

— Дети из Ленинграда не могли говорить или заикались, были испуганы, не называли своих имён, — рассказывает Любовь. — В документах того времени девочкам из детских домов часто давали имя Любовь в честь Любови Орловой и ставили датой рождения 8 марта. Мальчиков называли Владимирами и указывали как дату рождения 23 февраля. 

Старики в строю

На помощь женщинам и детям пришли ветераны труда. На собрании старейших шахтёров прокопьевского рудника пенсионеры Шайтаров и Комаса объявили, что на время войны с фашистами вернутся в шахты. Их пример вдохновил тысячи стариков к концу 1942 года отправиться в забои. Они выполняли когда-то привычную работу и показывали высокие результаты. 

Ветераны же обучали новых работников. Сотни из них передавали опыт на собственном примере, на рабочих местах. Если в 1943 году на предприятиях комбината «Кемеровоуголь» обучались около 14 000 человек, то в 1944 обучение прошли более 23 000 человек.  Каждый из этих людей сделал всё и даже больше, чтобы приблизить Победу. 

«Путь к Победе» — это цикл публикаций на сайте A42.RU, посвящённый предстоящему 75-летию Победы в Великой Отечественной войне. Мы будем говорить с ветеранами, побывавшими на фронте, и тружениками тыла, листать старые документы и смотреть чёрно-белые записи, — чтобы тихие голоса героев громко звучали для новых поколений.

Еще материалы по теме

Фото: архив Кемеровского областного краеведческого музея, eventsinrussia.com, imgprx.livejournal.net, aloban75.livejournal.com, maxpark.com


комментарии

MEDIAMETRICS

Новости Кузбасса

MEDIAMETRICS

Интересное на а42.ru

Загрузка...
Восстановление пароля
Регистрация
Проекты А42.RU
МегаФон дополнил свои сервисы бесплатными фитнес-уроками
Яндекс.Метрика